«…Может, скажешь правду — чей он сын?»

30.08.201813:00

«…Может, скажешь правду — чей он сын?»

У Ольги крепкий стабильный брак вот уже девятнадцать лет, муж, с которым, кажется, пуд соли съели, и двое сыновей — старшему почти девятнадцать, младшему только год.

Началась история их семьи еще в студенчестве: прогулки при луне, походы на вечерние киносеансы «в последний ряд», судорожные поиски мест, где можно уединиться… Ну, и доуединялись. Вскоре выяснилось, что Ольга беременна.

Будущего мужа новость очень удивила. Он долго поверить не мог — да ладно, мол, не может быть, ты меня разыгрываешь. Ольга, конечно, не думала, что он будет прыгать от радости, все-таки все получилось весьма неожиданно. Тем не менее, что он будет так удивлен, тоже не ждала. Как будто не знал, откуда и как дети получаются.

Но — поженились. Жили как большинство молодых семей — сначала преодолевали трудности с ребенком, потом стало легче: закончили вуз, стали работать. Сын пошел в школу, и Ольга задумалась о втором малыше.

Муж отнесся к идее как-то без энтузиазма, но и без возражений — «хочешь, мол, рожай, тебе же сидеть»… Честно говоря, старший был в основном на матери. Ольга расхлебывала все — и горшки, и разбитые коленки, и двойки, и мальчишеские драки, и потом, позже, весьма непросто давшийся пубертат. Отец же работал…

Ольга была просто уверена, что стоит ей только прекратить предохраняться — вторая беременность тут же наступит. Ведь вон как получилось с первой — не ждали, не гадали, а получилось с полпинка. Однако в этот раз все оказалось не так просто. Забеременеть не получалось много лет, не смотря на все усилия. Получилось тогда, когда уже потеряли надежду и махнули рукой…

Второй сын родился как две капли воды похожий на отца. И с каждым днем сходство, кажется, только усиливается. Старший-то у них, как говорится, похож только сам на себя, а младший — копия папы. И отец относится к малышу совсем по-другому. Ольга мужа не узнает: тот и ночью вскакивает, и с ребенком играет, и купает, и подгузники меняет (об этом и речи со старшим не было!).

— Все-таки осознанный, долгожданный ребенок почти в сорок — совсем другое дело, чем случайный в студенчестве… — рассуждала Ольга. И не переставала радоваться, что муж так заинтересован ребенком…

А недавно причины такой любви к младшему сыну вдруг вскрылись неожиданным образом.

— Пирамидку собрал! Сам! — гордо заявил сидевший с сыном муж вернувшейся из магазина Ольге. — Представляешь? Пирамидку из семи колец, совершенно правильно… Вот это — мой сын! Сразу видно!

— А другой что — не твой, что ли? — машинально пошутила Ольга.

— Ну, это не ко мне вопрос, чей он сын! — вдруг с кривой усмешкой заявил любимый муж. — Тебе лучше знать!.. Мне вот тоже уже девятнадцать лет интересно… Вот жду все — может, расскажешь на старости лет, кто его папаша?..

— Ты совсем сдурел, что ли? — растерялась Ольга. — Иди, ДНК-тест сделай!

— Да надо, наверно, сходить! — заявил муж. — Чтоб расставить наконец все точки над и…

Ольга и не представляла, что мужа гложут такие мысли.

Ну да, старший сын совсем не похож на родителей — но разве мало таких детей?.. Да, он всегда был независимым и дерзким, и с отцом отношения у него складывались с трудом — впрочем, теперь понятно, почему.

Лет с тринадцати парня колбасило, и из дома убегал, и в милицию попадал, и бунтовал, казалось, на ровном месте… Более-менее в себя пришел совсем недавно, в вуз поступил, вроде учится, но с отцом — напряженный нейтралитет.

Ольга уж и вздохнуть громко боится, чтоб не нарушить хрупкое равновесие.

И тут такое… Первая мысль, конечно, была — да как с ним вообще жить дальше после таких слов. А теперь уже подуспокоилась — ну что теперь, надо жить, младшего поднимать, одной не легче…

Только вот как быть с этим тестом?

Ольга, конечно, ляпнула про него, а теперь жалеет. Сама-то она не сомневается, что оба ее ребенка от одного отца. Ну сделают они тест, получит муж результаты, успокоится. Извинится может быть. А вот старший сын? Как он отнесется к теоретической возможности того, что отец — может, и не отец?

Тем более отношения с отцом всегда были так себе.

Что подумает о матери? О всей своей семье? парню только девятнадцать, юношеский максимализм еще в голове. И ведь только успокоились, зажили нормально.

Или уж сделать этот тест, пусть все успокоятся? И жить по-прежнему. Только вот получится ли теперь по-прежнему-то?

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

«…Может, скажешь правду — чей он сын?»
Adblock detector