У Светланы Сергеевны три сына. Старший 11 лет назад переехал с женой на другой конец страны, от мамы подальше. Младший — живет с мамой. Я — жена среднего сына Светланы Сергеевны.
Младшего брата моего мужа зовут Володя. И он — ребенок от второго брака Светланы Сергеевны. Девять лет назад свекровь овдовела, а квартира ее супруга досталась их 17-летнему сыну по завещанию. Квартира была добрачной собственностью, так что Светлане Сергеевне не обломилось ничего.
Светлана Сергеевна не отчаялась, и все силы приложила к тому, чтобы покрепче привязать к себе Володю. Для психотерапевта с большим опытом работы, это не составило труда. Сейчас, спустя время, Володя и пальцем пошевелить не смеет без разрешения маменьки. Жену, кстати, она же сыночку и нашла — дочку своей подружки.
Володя — безынициативный, слабовольный человек. Мнение Светланы Сергеевны для него — истина в последней инстанции. Он пытался устроиться на нормальную работу, но у него никак не получалось ужиться с начальством и коллегами. Сменив несколько мест работы, и нигде не продержавшись дольше пары месяцев, Володя устроился охранником, кем и работает на протяжении последних 4 лет.
Зарплата у Володи маленькая — всего 14 тысяч рублей в месяц, по 1400 за сутки, а работать сутки через сутки ему не позволяет мама. Жили Володя и его жена якобы на деньги Светланы Сергеевны. Трешку, что унаследовал Володя, свекровь сдавала, и на эти деньги содержала сына, выставляя себя благодетельницей.
Когда жена Володи, Маруся, хапнувшая всех прелестей совместного проживания с подобной свекровью, начала настаивать на том, чтобы муж наконец-то вылез из-под маминой юбки и увез жену в свою трехкомнатную квартиру, Светлана Сергеевна подсуетилась и вытрясла с сына дарственную на квартиру.
Злопамятная Светлана Сергеевна не забыла, что невестка имела наглость поднять свою голову и попыталась сбить ее сыночка с пути истинного. И, когда Маруся забеременела, Володе было сказано, что ребенок там не от него.
— Иди разводись! — приказала Светлана Сергеевна Володе.
И Володя развелся. Маруся решила не пользоваться своим правом и дала согласие на развод. Когда родилась дочка, Маруся подала на алименты, которые Володе запрещала платить Светлана Сергеевна, но против закона попереть у нее не получилось.
Свекровь даже экспертизу оплатила, в тайне от сына. С надеждой, что ребенок все-таки нагулянный. Ан нет, девочка-то новрожденная оказалась родной внучкой Светланы Сергеевны. Вот только Володя об этом даже и не подозревает — свекровь ему ничего не сказала. Он так и думает, что ребенка у него нет, и что с зарплаты у него вычитают на содержание чужого ребенка.
Тому, что Светлана Сергеевна вообще не лезет в нашу жизнь, я искренне радовалась. Внука она не видела ни разу, не звонила, не писала, в гости не приезжала вообще.
В январе мы с мужем решили расширяться — у нас была комната в коммуналке. Часть средств на доплату мы скопили, часть — добавили мои родители. У нас был выбор — или брать двушку, но в ипотеку, или однушку, зато без кредитов. Мы остановились на втором варианте, представили, что взяли ипотеку и каждый месяц решили откладывать деньги в банк.
Все равно придется брать двухкомнатную — ребенок растет, скоро ему понадобиться отдельная комната. Ну, а пока так поживем.
Стоило нам купить квартиру, как алчный взор Светланы Сергеевны упал на нашу скромную недвижимость — найти бы того доброго человека, поделившегося со Светланой Сергеевной этой новостью. Видимо, двух квартир в собственности, ей мало.
Она стала звонить и медовым голосочком зазывать моего мужа в гости, пообщаться на тему собственника нашей купленной квартиры. Я общаюсь с Марусей, и в курсе, что и как происходило у них в семье. И мне стало страшно — вдруг Светлана Сергеевна промоет мозги и моему мужу.
Первое время муж поддавался моим уговорам, и старался ездить к матери как можно реже. Но частота этих визитов становилась все чаще и чаще. Он стал срываться на ребенка, стал позволять себе покрикивать на меня. В его словах начали проскальзывать интонации его матери.
Его перестало устраивать все. Пошли разговоры о необходимости оформить нашу квартиру на его маму. А стоило мне произнести словосочетание «твоя мама», как ему сносило крышу напрочь. Реально было ощущение, что она его ему что-то внушает.
Я решила позвонить старшему брату мужа, Артему. Иногда он прилетал к нам в гости. Он сказал одно:
— Хватай брата и беги, пока не поздно. Мать своего добьется.
Мы договорились, что он нам поможет — поищет квартиру на первое время, разузнает на счет работы и детского сада. Артем даже пообещал сделать нам регистрацию, чтобы проблем с детским дошкольным учреждением не возникло.
Я нашла арендаторов на нашу квартиру. Договорилась, что они заселятся, когда мы уедем. А мужа я уговорила съездить в гости к Артему — и повод подходящий был — юбилей Артема, 35 лет.
Мужа не отпустили с работы — не дали взять несколько дней без содержания. Тогда он ушел на больничный, и мы двинулись в путь, взяв с собой самое необходимое.
Уже там, в двух с половиной тысячах километров от свекрови, я сообщила мужу, что мы остаемся жить в этом городе. Муж распсиховался, начал кричать, что я его обманула, что он немедленно возвращается обратно.
Он бился, как пойманная рыба, пытаясь выйти из квартиры. Вы не представляете, как страшно это выглядело. Несколько сеансов у психотерапевта, найденного Артемом, облегчили состояние мужа. Плюс помог сам Артем, рассказавший об обстоятельствах, вынудивших его бросить все, переехать, и 11 лет даже не вспоминать про существование матери.
Увольняться с мужем мы прилетели вместе. Я контролировала, чтобы он не пересекся со Светланой Сергеевной. Мужу позволили не отрабатывать две недели, расчет обещали в течении недели. Собрав нужные нам вещи, мы сразу вернулись обратно.
Мы обустраиваемся в чужом для нас городе, на съемной квартире. Со временем, мы продадим нашу квартиру и купим жилье тут. Мы поменяли номера телефонов, удалили странички в соцсетях. Моим родителям было строго-настрого запрещено давать наши контакты Светлане Сергеевне. ни под каким предлогом.
Я сохранила свой брак, мне это удалось. Я молюсь лишь об одном — чтобы мать мужа нас не нашла. Как она будет жить в старости — мне плевать. В конце концов, у нее есть Володя, из которого она вылепила сына себе по душе.
